Научная литература
booksshare.net -> Добавить материал -> Культурология -> Пригарина Н.И. -> "Суфизм в контексте мусульманской культуры" -> 131

Суфизм в контексте мусульманской культуры - Пригарина Н.И.

Пригарина Н.И. Суфизм в контексте мусульманской культуры. Под редакцией Кожуховской А.А. — M.: Наука, 1989. — 341 c.
ISBN 5-02-016695-2
Скачать (прямая ссылка): sufizmvkontekste1989.djvu
Предыдущая << 1 .. 125 126 127 128 129 130 < 131 > 132 133 134 135 136 137 .. 165 >> Следующая

Итак, независимо от точности реконструкции ханака Рашидийи, безусловно, имела общие для построек этого типа элементы: центральное общественное помещение, большой айван, многочисленные жилые и служебные комнаты, архитектурно развитой портал и объединяющий некоторые части здания крытый проход — дихлиз.
Типологическая общность мусульманских культовых сооружений, представляющих конкретный архитектурный тип, характеризуется, во-первых, наличием обязательного минимума архитектурных единиц определенного назначения, во-вторых, принципом композиционного объединения этих единиц. Ханаки могут различаться размерами, иметь один или два этажа, большее или меньшее число жилых и хозяйственных помещений, которые в крупных комплексах могут быть вынесены в отдельные постройки, но обязательно обладают рядом общих детерминирующих признаков.
Особенности сложившегося архитектурного типа ханаки отчетливо выражены в центральноазиатских памятниках XV— XVI вв. Их планировочным и смысловым центром являются просторный высокий купольный зал, вокруг которого (в соответствии с местной традицией) группируются молельня (мае-
272
джид-хана); комната основателя, которая затем становится местом его погребения; небольшое помещение для рецитации Корана; кельи для постоянно живущих в ханаке суфиев и для паломников; кухня; кладовые; туалеты; наконец, монументальна и декоративно оформленный портал (пештак), включающий глубокий входной айван (например, бухарские ханаки XVI в.: Файзабад, Бёхауддин, Надир Диван-беги и др.).
Таким образом, исследованные памятники и сведения о не-сохранившихся постройках, обнаруженные в письменных источниках, несмотря на ограниченность информации, позволяют выделить архитектурный тип ханаки, определить его принципиальные характеристики и этапы эволюции. Постройкам XIII—¦
XIV вв., в которых отчетливо сформулированы основные архитектурно-планировочные принципы ханаки, по-видимому, предшествовал длительный период формирования, начавшийся, возможно, еще в VIII—IX вв. В XV—XVI вв. архитектура ханаки интенсивно развивалась в русле региональных школ (например, в ханаках Анатолии место центрального зала занимает крытый двор с главным айваном против входа [13, с. 74]; в Египте с
XV в. появляются ханаки, в которых жилые помещения почти отсутствуют—«тасаввуф без жилья» [14, с. 452]). В последующие столетия строители ханак, насколько можно судить по среднеазиатским памятникам, в основном повторяли сложившиеся варианты.
Термин «ханака» постепенно (в отдельных случаях уже е
XVI в.) стал выходить из употребления. Иногда этот процесс сопровождался функциональными изменениями. Например, ханака Наджм ад-дин Кубра в Куня-Ургенче после смерти своега основателя практически стала мавзолеем; ханака ан-Наххасийа в Дамаске, основанная Шамс ад-дином ан-Наххас ад-Димашки в 762/1457 г. X., со временем приобрела функции мечети и ныне популярна как Джами ан-наххасийин (Мечеть медников). Известны случаи подмены термина «ханака», зафиксированного в строительной надписи, терминами «медресе» либо «джами» в вакфном документе [14, с. 452] или применения двух различных терминов в двух названиях одного и того же здания (например, завия ал-Аббар и ханака ал-Бундукдарийа в Каире — одна и та же постройка, возведенная около 1285 г.).
Заключительный этап в истории ханаки характеризуется, по-видимому, повсеместным процессом преобразования обители в нежилое здание, где суфии ежедневно собираются, но не живут; многие постройки (в Сирии, Египте, Средней Азии и других регионах), основанные как обители, превращаются в погребальные сооружения и местные святыни-мазары или в элементы крупных мемориально-культовых комплексов. Вопрос, в-какой степени эти процессы влияют на изменение архитектурного типа ханаки, еще предстоит изучить.
В отличие от ханаки применение термина завия4 в приложении к памятникам средневекового арабского зодчества не
18 Зак. 788
273
дает ясной картины. Исходное толкование этого понятия Е. Ле-ви-Провансаль связывал с кельей христианского монастыря [15, с. 1320]. Здание XI в. близ гробницы Кусам ибн Аббаса в ансамбле Шах-и Зинда в Самарканде, которое Ибн Баттута (XIV в.) назвал завией, а В. В. Бартольд отождествлял с ха-накой [2, с. 432], судя по вскрытым раскопками частям постройки, представляло собой типичное среднеазиатское медресе [4, с. 41—45]. На Среднем Востоке завией называли также келью в ханаке [1, с. 236]. В Египте, как было сказано выше, оба термина могли включаться в название одного и того же памятника, но, возможно, не в качестве синонимов, а в результате изменения принадлежности и функции здания в ходе его перестройки или ремонта. На территориях к востоку от Сирии за-вия в описаниях каких-либо построек практически не встречается, в то время как в самой Сирии здания с этим названием появляются в эпоху мамлюков (XIII—XV вв.) и занимают значительное место в городской застройке.
По определению Фарида Джаха, «завия» — термин, сменивший в мамлюкскую эпоху слова «рибат» и «ханака»,— обозначает маленькую постройку, которая состоит из зала, служащего одновременно молельней и местом для радений (зикр), небольшого помещения и нескольких комнаток (худжрийа), «и не было у нее иного назначения, кроме как служить бедным и суфиям» [12, с. 210].
Предыдущая << 1 .. 125 126 127 128 129 130 < 131 > 132 133 134 135 136 137 .. 165 >> Следующая
Реклама

c1c0fc952cf0704ad12d6af2ad3bf47e03017fed

Есть, чем поделиться? Отправьте
материал
нам
Авторские права © 2009 BooksShare.
Все права защищены.
Rambler's Top100

c1c0fc952cf0704ad12d6af2ad3bf47e03017fed